С пивом я точно погорячился

 

Жибров Александр Владимирович - выпускник БВВАУЛ 1977 года 

 

1985 год в Дебрецене начался с очередного ЛТУ. Проверяла Москва, с перебазированием в Союз, на аэродром Лунинец. Ничего особенного не было в этом, но всех волновал особенно этап подготовки. В то время у нас как раз поменялся командир и, как-то незаметно, объем "работы по рисованию" для летного состава превратился просто в кошмар. Не столько готовились к полетам, как разные группы летчиков рисовали различные "схемы" от стандартных 1.80 на 2.20 и далее все более мелкого масштаба, вплоть до "альбомов" всем проверяющим. Особенно доставалось "талантам", кто мог в руках держать перо и писать шрифтом. Да и нам, "чернорабочим" тоже доставалось, кого талантом бог миловал, сидели в штабе допоздна.

Судя по плану ЛТУ летчикам отдыхать, не придется, два дня и два дня полетов. Техники были веселей, все-таки поездка в Союз как-то разнообразила нашу жизнь.

Подготовка прошла, контроль проведен, завтра летим. План простой - перелет в Лунинец с работой на Полесском полигоне, потом ночью вылет, опять с работой на полигоне. На следующий день вылет с нанесением тактического удара по Лунинцу. И потом перелет домой.

Утром, еще до взлета полка ушел Ил-76 с передовой командой. Ближе к обеду и мы взлетели. Как всегда первыми  - первая АЭ, потом не в полном составе мы 3-я, замыкала боевой порядок (в этом ЛТУ ей досталось больше всего) вторая эскадрилья.

Первый вылет прошел нормально, все отработали. Правда по горячим следам прошел слух, что кто-то из начальства немного "не донес" …километров 10, но полигон "Полесский" большой, и не такое прощал. В итоге результат "чуть" подтянули (проверка все таки)  и что бы не компрометировать записали его на старшего летчика.

 На аэродроме нас встретила настоящая зима, после мягкого климата Венгрии, чуть за 20 градусов приятно будоражило организм. Техники встречали самолеты, уже изрядно приложившись к отечественным напиткам, но на таком морозе все выглядело довольно прилично.

Следом за нами и второй "Ил" привез остальных техников. Началась подготовка к ночному вылету. В классе предполетных развесили все наши "шедевры", а их было столько, что еще не все помещались на стенах. Генерал из Москвы, посмотрел и …поменял задачу на вылет с точностью до наоборот. Подготовились. Просто жалко было смотреть на схемы, в один миг ставшей "макулатурой".

Взлетаем ночью, отработали, идем звеном уже на точку. До маяка километров тридцать-сорок, на связь выходит комэска 2-й АЭ (п\п-к Козюлин) и докладывает:

-" В группе остаток маленький, прошу посадку сходу всей группе!"

На самом деле у них были остатки 400-500кг. А получилось все очень просто. Кто-то вверху, при изменении задания, что бы сэкономить время на подготовку, решил подвесные баки не заправлять - "мол, должно хватить!". Штурман эскадрильи уверяет, что этого мало!!! Но там, решили, хватит. В итоге уже на середине маршрута стало понятно, что не хватает…

Я был ведомым у майора Пирогова. Летим на 1-й минуте, но из обстановки понимаю, что нас протянут, дабы обеспечить посадку второй эскадрильи. Но смотрю белая лампочка на хвостовом оперении самолета Пирогова стала приближаться…приближаться…Видно Петровичу лень было еще что-то крутить над маяком и он решил "притормозить". Стал уменьшать скорость, но все равно догоняю. Посмотрел на скорость уже 400, дальше уменьшать что-то желания не было, доложил и отвернул к первому развороту. Правда Петрович не учел, что с малым остатком шла вся 2 АЭ. Уже в развороте смотрю, траверзом расхожусь  с его самолетом. А Пирогов, непонятно каким маневром, умудрился довернуть по схеме ко второму. В итоге мы подошли ко второму развороту на положенном интервале и нормально сели. (я после вылета подошел и спрашиваю - " на какой же скорости вы летели, если на 400 я вас обгонял?"  "Не смотрел, чуть уменьшил скорость и все.")

После посадки летчики только и делились впечатлениями про свои "остатки".

Переночевали в холодной гостинице, отпраздновать первый день полетов, естественно, не получилось, хотя попытки были, но за нас "победу" первого дня праздновали техники.

Второй день был нормальный как с погодой, так и с заданием. Спокойно слетали, возвращаемся на точку, нанесли "удар", разошлись по разным маршрутам и обратно  минут через 40 заходим на посадку. Снижаемся в плотном боевом порядке над ВПП, распускаемся на первом, но дистанцию держу все равно не больше 500 метров.

Штурман, еще при подходе говорит:

-"Нет коррекции РСБН, АРК не работает".

Я и не обратил особого внимания, все равно парой летим, ведущий выведет, ну а дальность и на БЦВС показывает. Тем более видимость прекрасная.

А причиной этому было решение генерала. Стоит на КДП и когда все три АЭ нанесли тактический удар по аэродрому, говорит РП:

-"Полк удар нанес? Нанес! Аэродром уничтожил? Уничтожил! Теперь выключай все к ядреной матери!"

Руководитель полетов все выключает, оставляет только командную радиостанцию и…руководит.

Выполняет Петрович второй, я сразу за ним так метров 400-500 держу. Самолет ведущего, вот совсем рядом маячит, видно хорошо, дальность у меня 20 , высота 600.

Но перед этим, когда мы выполняли "первый" опять! в эфир выходит командир 2 АЭ и говорит:

"Группе посадка сходу! Остатки в группе 500-600 кг!"

А им еще лететь порядочно, а как потом оказалось остатки на посадке были по 300-400, а у кого и меньше… То есть вчерашний день опять повторился на 100%, а вина не эскадрильская (там как раз были умницы штурмана), начальники опять "настояли" в целях сокращения времени!

Летим, понимаю, что сзади подходит вторая, но не думал, что так близко. Высота 600, дальность 17… Докладываю, а как только кнопку отпустил слышу позывной Саши Пахомова (2АЭ) и его доклад точно с такими же параметрами. Не верю, я ведь "тут", а его не видно. Быстро говорю штурману:

-"Смотри по сторонам, где-то Пахом рядом!"

-"Да нет никого!"

А сам вращаю глазами во все стороны, кроме самолета ведущего, нет никого.

Поднимаю голову вверх и…колеса Су-24, грязноватый живот все буквально в нескольких метрах. Сказать ничего не мог штурману от неожиданности, только прошептал:

-"Вверх посмотри"

Серега Любимов аж "присел" в кресле! Понимаю, что "шевелиться" нельзя, ручку тоже от себя не отдашь, уж очень близко, можно килем чиркнуть. Нам повезло, что оба борта шли по одной траектории в этот момент. Тихонько прибираю обороты и плавно-плавно отстаю… Смотрим Саша Пахомов уходит вперед и вниз по глиссаде. Ну, думаю, нормально пристроюсь за ним, делаю маленькую змейку и отстаю. Но тут же слышу, что его ведомый Володя Шашков тоже с маленьким остатком пытается опять сверху втиснуться между нами. Нет, а мне куда деваться?

В общем, держусь на дистанции метров 200-300, чуть отошел в сторону. Дальность 8 км, прекрасно! Как раз на посадке еще чуть отстану, и все будет классно.

Сели нормально и РП и ПРП молчат. Следом за нами садилась вся "бедолажная" вторая эскадрилья. Ведущий (Пирогов) только повернул на РД, говорит штурману:

-" Леша (Бзовский) посмотри, Жибров там нормально сел, не отстал?"

-"Жибров вон только парашюты сбросил, а за нами честно говоря борт Пахомова заруливает…"

-" Не понял? А это как?"

Когда все сели, техники стали загружать все барахло в самолеты и готовиться на вылет. В "шахту" грузили самое ценное, многочисленные коробки, сумки…аккуратно и тщательно все перевязывали, перекладывали. Все спиртное, что было в округе Лунинца, было скуплено и теперь перекочевывало на самолеты. Потом последовал тщательный инструктаж, "что" и "куда" после прилета положить.

Собрались в классе, ждем указаний на вылет. Однако возникла пауза, затем еще перенос на полчаса. Сказали, что "дома" (в Дебрецене) нет погоды. А время уходит. В Венгрии есть особенность зимой. Когда погода неустойчивая, днем немного раздует туман или дымку, а после двух часов погода резко ухудшается, практически ниже минимума. Вот и мы попали в такой день. Однако, хоть и с опозданием, быстро провели "предполетные" и бегом на самолеты. В Лунинце погода тоже немного стала хуже. Если дневной вылет выполняли при нижнем крае 1500…1800 метров, то сейчас облачность стала темнее и гораздо ниже.

Первый борт взлетевший еще на форсаже вошел в облака (нижний край примерно метров 150). Но нам-то это никакой роли не влияет. Пошли взлеты. Полк взлетел. А минут через 20 аэродром закрыло таким снегопадом, что ВПП, стоянки и даже Ил-76 завалило так, что они смогли подготовить аэродром и прилететь, только дней через 5. Оказывается, мы вовремя взлетели!

Летим домой в том же боевом порядке: первая, третья, вторая. Высота 5000, боевой порядок одиночный… тишь да благодать! Подходим к границе, впереди Чоп. Земля, хоть и плохо, но просматривается под собой. Захотелось взглянуть на КСП (контрольно-следовая полоса), ее в хорошую погоду видно отлично. Смотрю влево, чувствую прикосновение штурмана, оборачиваюсь… Серега смотрит на меня, улыбается. В руках бутылка пива "Жигулевского" и громко говорит, но не по СПУ:

-"Саша! Давай хоть одну бутылку пива, за возвращение на "родную" землю!"

Кручу пальцем у виска, показал кулак и машу – убери!

Нет, смотрю Серега перекрикивая шум, говорит:

-" Да по чуть-чуть".

Пришлось заехать в лоб по ЗШ. Сразу подействовало. Начал упаковывать в сумку справа за креслом. Судя по звону, там была не одна…

После границы до дома рукой подать. Снизили до 1500 метров, все серо, но земля через рвань облаков просматривается. Солнца нет, время почти к сумеркам, но садимся "по дневному". Только перешли на стартовый канал, сразу в эфире появился непонятный ажиотаж. Заместитель командира, подполковник Киреев Леонид Иванович, садился первый как "доразведчик" и сразу после посадки, еще находясь на ВПП тревожным голосом передал РП:

-"Срочно "газик" мне, я на СКП!"

А в это время всем бортам пошла команда:

-"Всем заход в "автомате"! Прожектора по дневному! Огни подхода включены".

Начала садиться первая эскадрилья и РП и ПРП практически не "отключались :

-"Полоса под тобой!…Высоко!…Задержи!…Снижайся!…"

Честно говоря такого не было никогда. Тут уже голос Киреева начал конкретно команды давать, еще более жестко. Такое впечатление, что видимости совсем

нет. Смотрю по сторонам, да вроде нормально! Серо, темновато, но земля под собой просматривается. Тут как раз на траверзе и город сам стало видно. Не пойму, что за паника? Со штурманом еще переговорили, "мол, что за неразбериха", такое впечатление, как будто садиться разучились на своем аэродроме.

Вышел на посадочный курс, дальность 30, высота 600…нормально, пока ничего страшного. Включил "автомат" - летим, а ПРП (т.е. Киреев) продолжает "усаживать" каждый экипаж. Но когда впереди появился "дальний" стало понятно, внизу сплошная облачность с верхним краем метров 150-120…

Оказывается, прогноз был очень плохой, отсюда и задержка с вылетом. Видимо в последний момент командир принял решение, но погода испортилась к нашему прилету совсем - аэродром просто закрыло туманом…

Прошли "дальний" и практически сразу вошли в "молоко". "Автомат " вел довольно хорошо (спасибо группе ПНК, которая, скажу честно, очень ответственно подходила к этому вопросу и на любое замечание летного состава реагировала немедленно), поэтому, не дыша, дошли до "ближнего". По руководству надо отключать автоматический режим, но не тороплюсь…впереди ничего не видно. Только планка глиссады пошла вверх, отключил "автомат", а штурман начал отчет высоты, сам же все внимание на "курсовик". Самолет летит, не шелохнется, но впереди все равно ничего нет. Правда в этот момент голос Леонида Ивановича с СКП немного успокоил, видимо увидел фары и произнес:

-"Нормально идешь, на глиссаде!"

И в этот момент, а высота метров 30 не больше, стало появляться мутное пятно прожектора. Крайний отсчет высоты метров 15-20 совпал с не "видимостью" земли, а скорее ощущением, что это была она! Штурман, как в гражданской авиации, надо отдать должное, четко диктовал высоту…30…25…20…15…, потому что ничего не видел.

-"Полоса перед тобой! Находишься в створе!" - это Киреев еще уточняет заход.

И вот, наконец, показался торец ВПП, уже с явно горящими прожекторами. Вышли точно по оси ВПП (правильно говорят – "не мешай самолету лететь и все будет нормально!"). Дальше уже совсем просто, спокойно досаживаю самолет, парашют, тормоза… Еще не освободив полосу, начинаешь понимать, что туман уж очень хороший! Тихонько зарулили на старую полосу (она использовалась как ЦЗТ) догнав впереди рулящий борт Пирогова. Техники встречали проявляя не виданную заботу, какие-то притихшие-притихшие, но глаза радостные…  Открываю фонарь, но не выключаю радиостанцию, тревожно слушаю радиообмен экипажей заходящих на посадку… ВПП наверно была на расстоянии не более 200 метров, а слышно было только грохот самолета выполнившего посадку и можно было только по фарам догадаться, что впереди самолет на ВПП.

"Бедолажной" второй эскадрильи опять "повезло" больше всех! Они садились почти ночью. Даже по сравнению с нами, а разрыв не более 10-15 минут, но условия у них были еще хуже.

Сели все. Не было ни одного повторного захода или ухода на второй круг. Причем садились все довольно мягко, потом никто не пожаловался на разбитый "стеклянный багаж". Конечно, потом отпраздновали окончание ЛТУ, поговорить было о чем, особенно второй эскадрильи, им, правда, что-то не везло в этот раз.

А Серега Любимов на следующий день уже подошел и говорит:

-"Да, командир, ты был прав! С пивом я точно погорячился…"

 

You have no rights to post comments