Ну что покойнички? Полетели?

Евгений Жигалов

В середине 70-х (прошлого уже века) первый полк Тамбовского ВВАУЛ, летавший на учебных самолетах Л-29, перебазировали в Тулу на бывший аэродром транспортников. Там стояли Ан-12, но полк расформировали и аэродром передали Тамбовскому ВВАУЛ вместе со столовой и батальоном технического обслуживания. Тула от Тамбова в 300 километрах на северо-запад.  Лагерные аэродромы, закрепленные за Тульским полком, остались прежними – в Кирсанове (80 км от Тамбова) и в Новгородовке 50 км. Летали на лагерных аэродромах с курсантами с мая по начало октября. Летать в Туле с курсантами невозможно по многим причинам. Поэтому каждую весну полк перелетал на лагерные аэродромы. Две эскадрильи летели в Кирсанов, две в Новгородовку.

Если раньше на выходные можно было уехать домой в Тамбов на автобусе, либо на поезде, либо на своем транспорте, то теперь шибко не наездишься до Тулы от Кирсанова. Поэтому в субботу прилетал Ан-26 или Ан-12, забирал часть личного состава и увозил в Тулу на побывку к семьям. Народу было много, поэтому летали раз в две недели. А в понедельник обратно в Кирсанов и Новгородовку. 

Перед отлетом народ собирался на площадке рядом с диспетчерской, там же обитала метеослужба. Иногда борт прилетал точно по времени, а иногда прилично задерживался, бывало и вовсе отменялся. Улетавшие в Тулу развлекали себя сами как могли. Кто спал на травке, кто тихонечко в сторонке в картишки поигрывал, кто в курилке художественным трепом занимался. Летчики домой летали как правило со штурманским портфелем, он очень объемный и туда можно было сложить все что нужно и даже больше. И чаще всего эти портфели укладывались на площадке где придется и были на время ожидания практически бесхозными. Нет, ничего и никогда не пропадало, но прилетавшие домой иногда в своих портфелях обнаруживали лишнее. Чаще всего шутники подкладывали в него бутылку с керосином или половинку кирпича, аккуратно завернутые в газету. Я дважды обнаруживал у себя в портфеле аккуратно завернутые бутылки. Первый раз она была с керосином, при этом жена похвалила за хозяйственность, он ей зачем-то был как раз нужен. Иначе в понедельник я бы эту бутылку сунул кому-нибудь в портфель. Другой раз я опять обнаружил бутылку, но развернув газету, увидел бутылку коньяка, настоящую, магазинную, не открытую. Это мне ее курсанты втихаря подложили, как раз на тот момент начались у них самостоятельные полеты.

Но однажды кто-то из летчиков по прилету в Тулу обнаружил у себя в портфеле гаечный ключ. Это был гаечный ключ чемпион сантиметров 50 в длину, в портфель он помещался только по диагонали. Наверное, от какого-то здорового трактора, не новый, изрядно заржавевший. Видимо первому шутнику попался под ноги и споткнувшись о ключ, он его не выкинул, а захватил с собой до субботы. И, во время ожидания самолета, тихонечко сунул товарищу в портфель аккуратно завернутый в газету ржавый тракторный инструмент. Счастливчик, обнаруживший у себя в портфеле ключ, его не выбросил, приберег до понедельника, чтобы продолжить ключевую эстафету. Ключик летал из Кирсанова в Тулу и обратно все лето, используя транспортную авиацию ВВС Московского округа, то на Ан-26, то на Ан-12. К сожалению, на каком-то перелете, ближе к осени, ключик был утерян. Скорее всего попался стрессо-неустойчивому пилоту, который его просто выбросил.

Однажды, в субботу, мы ожидали Ан-12 из Кубинки. День был солнечный, теплый, ближе к концу августа, как раз пошли яблоки. А в Кирсанове их море и стоили они тогда за ведро один рубль. Народ ожидал самолет в Тулу, заранее озаботившись разрешением продовольственной проблемы. У некоторых кроме портфеля или сумки было еще и ведро с яблоками, а у кого и два, а вот дамочки из столовой и вовсе были затарены больше чем руки могут унести. 

Ждали борт с нетерпением. И вот дождались мы этого белого лебедя. Приземлившийся Ан-12 был выкрашен в белый цвет и вместо звезд на крыльях у него во весь киль был нарисован флаг СССР. Нам без разницы, лишь бы до Тулы отвез. Народ робко выстроился недалеко от борта, пряча за спиной свои фруктово-помидорные запасы в ведрах. Двигатели выключились, дверь Самолета распахнулась, вниз соскользнула стремянка и по ней вниз скатился маленький, круглый человечек в белом подшлемнике, у которого одно ухо опущено, другое задрано (уши подшлемника). Человечек подкатился к командиру полка стоявшего ближе всех к самолету и трудно было не догадаться, что он и есть командир этой бригады фруктовых перевозчиков. Ну а во-вторых, он был самый большой в полку. Ну так сложилось, что командир полка был богатырского сложения.

Человечек протянул руку командиру полка, и тут мы все догадались, что этот кругленький в белом комбезе и есть командир «нашего» «Белого лебедя». Комполка пожал руку прибывшего и как-то заискивающе, не подобающе командиру полка, стал оправдываться и называть цифру количества личного состава, собравшегося на посадочной площадке в ожидании перелета Кирсанов - Тула. Человек в белом комбинезоне и белом подшлемнике с одним опущенным ухом посмотрел на притихшую толпу офицеров, прапорщиков и поварих вместе с телефонистками, оценивая их количество и самое немаловажное для данного случая вес всей этой толпы, выдержал паузу, и, произнес громко: «Сади всех!!!». Толпа оживилась и стала грузиться на борт, поднимаясь к дверям самолета по той самой стремянке, которая несколько минут назад соскользнула из дверей самолета на Кирсановскую землю. 

Мы люди военные, быстро загрузились, тем более опыт в подобных перелетах у всех был уже очень приличный. Загрузилось туда человек 70-75, и, как я уже говорил, каждый с ведром и сумкой, а то и двумя ведрами. Но самолет еще должен был взять 30 человек из Новгородовки. Взлетели и не убирая шасси, этот белый лебедь, долетел до Новгородовки эти 30 километров очень быстро. Там естественно та же картина – народ с сумками и ведрами, подсадили еще 40 человек. Последним зашел командир экипажа, тот самый кругленький человечек в белом комбезе и подшлемнике. За ним подняли стремянку и закрыли дверь. Перед входом в кабину он остановился, оглянулся и посмотрел свой огромный грузовой отсек, набитый нами и нашими ведрами. Он что-то пробормотал себе под нос, а потом громко сказал: - «Ну что покойнички? Полетели?!».  Поварихи и весь женский персонал, сидевшие как раз все там, грустно затихли, затихли надолго.

Да, самолет был выкрашен белой краской с флагом СССР на киле, но внутри он был в десантном варианте. Сиденья вдоль бортов и посредине два ряда. Ну а дальше все происходило как в аэрофлоте, только без аниматоров и командир лично поприветствовал пассажиров бодрой фразой про покойничков.  До Тулы 400 километров. Хотя это и была суббота, но все работали, отлетали первую смену. Естественно маленько устали, и, после взлета, особенно летный состав начали засыпать. Через полчаса спали все кроме приободренных женщин напутственным словом командира экипажа. Мерный гул четырех двигателей убаюкал большую часть личного состава удостоенного чести лететь этим самолетом. И вдруг, гнусно, противно и громко заорала сирена и зажглось табло с красной надписью над рампой «ПОШЕЛ». Все проснулись, каждый по-своему оценил шутку командира корабля. Но набор слов и фраз был все же однотипным и в литературе обычно не пишется.

Я много раз летал по этому маршруту пассажиром, но вот этот полет очень запомнился. Жаль не знал и не знаю до сих пор ни имени, ни фамилии, ни звания этого чудака. 

You have no rights to post comments