О трибунах

 

Елисеев Борис Иванович - выпускник БВВАУЛ 1971 года

 

Был тёплый август 1967 года. Училище, БВВАУЛ, готовилось к торжеству – зачислению в училище курсантов первого набора. Только что открывшееся в Барнауле лётное училище разместили на месте ШМАС (школа младших авиационных специалистов) по адресу ул.Чкалова, 49, которая была перебазирована в г.Рубцовск.

Подготовкой к торжественному дню училища руководил начальник штаба подполковник Габдрахманов Шамиль Хабибович, спокойный, умудрённый воинской службой офицер. Территория училища была убрана, подметена не на один раз, всё, что можно было побелить, - побелено известью, растительность, а её было много, - подстрижена, а о «неуставной траве» и речи быть не могло. Для вчерашних школьников такой порядок был впервой и придавал дополнительное волнение. Надо сказать, что в подготовке к празднику участвовал весь личный состав срочной службы обслуживающих подразделений и абитуриенты, будущие курсанты.

На алле, на входе в училище, напротив штаба, рядом с санчастью, было оставшееся от ШМАС небольшое сооруженьице, на нём размещали плакаты с формой одежды, в которой необходимо было прибывать на службу на следующий день. Сделано это сооружение было из красного кирпича немного неказисто и, по мнению Шамиля Хабибовича, не вписывалось в общий праздничный вид. И вот после очередного обхода территории училища начальник штаба, заходя в штаб, бросил взгляд из-под своих густых чёрных бровей на этот объект и у него возникло командирское решение. Поднявшись к себе в кабинет на 2-м этаже, он крутнул на телефоне ручку и, услышав голос телефонистки, попросил соединить со старшиной роты охраны Буянкиным.

- Буянкин, убери эту кирпичную трибуну, а то она портит вид, - сказал он спокойно немного с акцентом своим мощным басом.

- Есть, товарищ подполковник, - ответил старшина роты охраны.

А в это самое время на плацу будущие курсанты, уже в новенькой повседневной форме: начищенные до зеркального блеска юфтевые сапоги, отутюженные галифе и гимнастёрки, подтянутые кожаные с надраенными бляхами ремни, пилотки, надетые, как и полагалось - два пальца от брови, чуть набок - и самое, самое - новые голубые погоны с жёлтой окантовкой, - в очередной раз отрабатывали строевой шаг, хождение строем, отдание воинской чести строем, исполнение строевых песен. Плац был разлинован на квадраты и прямые линии. Одна, самая длинная, была вдоль трибуны. Трибуна находилась посредине левой стороны плаца, если идти по алее из штаба. Сделана трибуна была из красного кирпича немного помпезно, имея округлую форму. Время шло к полудню. День был жаркий. И тут внимание курсантов привлекло шествие с толстым бревном солдат из роты охраны во главе с энергичным старшиной Буянкиным, который громким командирским голосом отдал команду освободить место у трибуны.

И началась работа: рота сплотилась вокруг бревна и с разбегу, как это делали в древности при разрушении стен крепости противника, ринулась на штурм трибуны, в самый её центр. Но трибуна была сделана давно и на совесть и с первого раза атака роты охраны успехов не принесла. Но приказ есть приказ, изменив тактику, «атакуя» с флангов с фронта и тыла трибуна минут через 45 была повержена. Была жара, столб пыли поднимался над развалинами из битого кирпича и штукатурки. Подъехал самосвал, загрузили все, что осталось от трибуны, подмели, и солдаты, потные в пыли, уставшие, пошли с бревном в сторону казармы, а старшина поспешил докладывать о выполненном приказе.

Наступило время обеда, подполковник Габдрахманов тоже ходил на обед, и, выйдя из штаба, он увидел напротив штаба у санчасти целым и невредимым объект, который он назвал красной трибуной и который приказал старшине роты охраны убрать. Спокойствие изменило подполковнику, он быстро вернулся в штаб и, не поднимаясь к себе в кабинет, приказал дежурному по училищу позвать к телефону старшину роты охраны.

-Буянкин, почему ты не убрал трибуну? - строго, немного повысив голос, спросил Шамиль Хабибович. В телефоне – молчание. - Я спрашиваю, почему?

Старшина роты охраны наконец пришёл в себя и вновь доложил, что приказ выполнил и что красную трибуну на плацу убрали. До торжеств оставался один день……

Дефицит времени, и важность задачи сплотили всех мастеровых и умельцев училища, в основном из сверхсрочнослужащих, которые, не прибегая к архитектурным изыскам, проявив армейскую смекалку, соорудили новую трибуну в стиле «модерн», которая прослужила верой и правдой вплоть до перестройки и которую можно увидеть на фотографиях училищных построений.

В субботу, 19 августа 1967 года в назначенный час началось торжество. Всё как полагается по армейскому ритуалу: оркестр, встречный марш, встреча начальника, открытие митинга, гимн Советского Союза. Начальник штаба, подполковник Габдрахманов, зачитал приказ начальника училища о зачислении курсантов в Барнульское высшее военное авиационное училище летчиков – это был первый набор. Затем было прохождение торжественным маршем под авиационный марш «Всё выше и выше».

На празднике было много высоких гостей: руководство Алтайского края, города Барнаула, командование ВВС СибВО, которые удобно разместились на новой трибуне, не зная обо всей этой истории.

Затем был праздничный обед в курсантской столовой.

Было тепло. Хорошее было время. Мы были молодыми.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить